Большую роль здесь сыграли экономические спады. Правительство вынуждено было принимать одну за другой временные программы, пытаясь с их помощью, как правило, малоуспешно, повысить занятость и в то же время смягчить инфляцию. К тому же оно во имя «атлантической солидарности» продолжало наращивать военные расходы. В таких условиях, естественно, не находилось средств для сколько-нибудь существенных социальных преобразований.

Правда, лозунг реформ вновь был выдвинут в долгосрочной программе партии, принятой в 1975г. и рассчитанной на десятилетний срок – до 1985г. Но этот документ, представляющий собой довольно отчетливую ориентацию на усиление государственно-монополистического регулирования социально-экономических процессов в целом, не вызвал большого энтузиазма не только среди населения, но и в более узкой среде членов и сторонников СДПГ. Резкой критике ее подвергли представители профсоюзов, которые подчеркнули, что социальные мероприятия должны в большей мере осуществляться за счет предпринимателей и сопровождаться национализацией ключевых отраслей, о чем в документе не сказано ни слова.

Поэтому, как и следовало ожидать, политический эффект новой программы оказался низким. Она не принесла партии сколько-нибудь заметных дивидендов в ходе земельных и местных выборов в 1976-1980 гг. Показательно, что с весны 1979г. в рядах СДПГ и среди «молодых социалистов» резко усилились требования новой дискуссии по программным вопросам.

Определенное чувство неудовлетворенности рабочих и служащих вызвал принятый в 1976г. по инициативе правительства закон об участии персонала предприятий в управлении ими. В этом законе оказались ограниченными права профсоюзов, да и сам принцип паритета представительства «труда» и «капитала» в наблюдательных советах остался фактически не реализован, поскольку под давлением тогдашнего партнера социал-демократов – СвДП особые права получили ставленники капиталистов – менеджеры.

(Еще не оценили)

 Загрузка ...